Проекты Александра Хинштейна

Хинштейн: Помимо законов есть еще и чувство вкуса и чувство меры, которые невозможно прописать законодательно

Видео

Гости популярного ток-шоу отвечали на вопросы: Почему хайпуют на истории, на именах известных политических деятелей? Это актуально? Что может оскорбить память советского человека? Где грань между оскорблением исторической памяти и обычным привлечением внимания?
Хинштейн: Смотрите, цель, которую перед собой ставили организаторы этого бизнеса, очевидно удалась. Шум, хайп, достаточный интерес…
Норкин: Они попали в эфир телекомпаний.
Хинштейн: И внимание к этому заведению обеспечено самое максимальное, т. е. рыночный маркетинговый ход удался. С чем соглашусь? Соглашусь с тем, что такие события вносят существенно раскол в обществе. Думаю, это — не очень хорошо. При этом я бы не предлагал никаких запретов или ограничений законодательных, потому что это вопрос, в том числе, и вкуса. Есть вещи, которые у нас с вами находятся под запретом законодательно. Все, что связано с хранением памяти о защитниках отечества, с пропагандой нацизма и третьего рейха. Например, представить себе шаурму «Гитлер Доннер» или шаурму «Гитлер Кебаб», просто невозможно в силу закона. Сталин безусловно фигура очень сложная и каждый из нас, наверное, имеет какое-то своё к нему отношение к этой исторической фигуре и вот точно — не герой моего романа. Но мы понимаем, что Сталин это человек руководивший страной на протяжении длительного периода, тяжёлого периода и этот человек, к которому общество относится по-разному.
Трушкин: Тогда вопрос, Александр Евсеевич, почему сотрудники полиции, если вы за них как-то можете додумать, приехали в это заведение и потребовали сменить вывеску?
Норкин: Там наверно какой-то сигнал был, они же не просто так приехали.
Трушкин: Если бы там был Гитлер, я всё понимаю, приехали полицейские, сказали, что нужно и т. д.
Хинштейн: Если бы там было слово «Гитлер», то это был бы просто состав уголовного преступления. Я вам напомню другую историю, которая сейчас уже подзабылась, это событие, по моему десятилетней давности, тоже в Москве, кстати, тоже на Ленинградке, когда открылось кафе под названием «Антисоветское».
Трушкин: О, тут я вас сейчас остановлю, потому что мы тоже эту историю хотели рассказать …
Хинштейн: Видите, как грамотно я вам дал подводку.
Трушкин: Очень хорошо дали подводку, не только про «Антисоветское», но и вообще, про историю использования советских и антисоветских символов.
Сюжет: Несколько лет назад в Москве, работала шашлычная «Антисоветская». Заведение стояло в историческом месте, напротив гостиницы «Советская».
Советские символы любят и рекламщики. В Воронеже магазин автозапчастей для своего рекламного баннера использовал образ советского плаката «Родина-мать зовёт!». Да ещё и дополнили его слоганом о войне с интернет-ценами. Городские власти посчитали это не этичным, а баннер удалили.
Директор музея Сталинградской битвы Алексей Дементьев пожаловался в прокуратуру на оформление обложки альбома рэп группы «Анаконда» с изображением монумента «Родина-мать зовёт!», в которой виднеется скелет. Дементьев назвал обложку осквернением мемориала. Музыканты отметили, что это коллаж, выставленный в Лувре.
Хинштейн: Безусловно табу должны быть, и они сегодня есть в виде существующих и действующих законов. Кстати говоря, если бы сейчас появилось что-то подобное, то это подпадало бы уже под новый состав уголовного преступления.
Норкин: Это прошлогодняя история.
Хинштейн: У нас в прошлом году появился новый состав уголовного преступления, где ответственность наступает, в том числе, за унижение всего, что связано с памятью о погибших, павших защитниках отечества. Плакат с «Родиной-матерью» ту меня, конечно, вызывает возмущение и отторжение потому, что этот плакат для большинства из нас — прямая ассоциация с Великой Отечественной войной. Плакат 1941 года не должен вызывать ни у одного нормального человека никаких иных ассоциаций, кроме того что это плакат Великой Отечественной войны.
Понимаете, помимо законов есть еще и чувство вкуса, чувство меры, которые невозможно прописать законодательно. Вот вы — творческие люди, можно ли законодательно прописать, что такое талант? Что такое хорошо, а что такое плохо?
Трушкин: Невозможно, невозможно.
Хинштейн: Конечноя, невозможно, такая же история и здесь, с точки зрения закона, как вы называете, «Шаурмячная — донер «Сталин» законы не нарушает, а с точки зрения, что это вызывает определенное напряжение в обществе, как со стороны сторонников Сталина и сталинизма, так и со стороны противников.
Как говорил молодой человек, изобразивший скелет внутри Родины-матери, о том, что это проблема нашего восприятия. Слушайте, я знаю одну страну, где последние несколько месяцев снесли дикое количество памятников, попытались переписать историю. Белые вынуждены перед черными извиняться, за все то, что якобы сделали их предки.
Норкин: Еще не все закончилось.
Хинштейн: Конечно.

Полностью передачу можно увидеть здесь: